Никто не знал, что в райцентр аграрной области на денек заскочит президент. Но у жителей маленького городка офигенная интуиция. С месяц назад им пришло озарение, они посмотрели на свой городок другими глазами. И он им не понравился. Пыль, облезлые дома, чахлые клумбы, на центральную дорогу без слез не глянешь.
И так им стало противно, что засучив рукава, они резво принялись за дело. Что можно из домов покрасили (может даже и с четырех сторон, врать не буду), совсем невзрачные домишки прикрыли заборами. Срочно снесли клумбы, и, несмотря на начало осени разбили много-много новых и засадили разнообразными  цветами, специально привезенными из центра. Потом побелили все деревья. Покрасили все скамейки, бордюры. Краска осталась, покрасили и фонарные столбы.
 А дальше - больше, через весь город проложили новую дорогу, какой и в областном центре не наблюдается. Подумали, и продлили дорогу до ближайшего поля с кукурузой, так,  на всякий случай.
А при такой дороге здание местной администрации вдруг не стало впечатлять и казалось даже слегка запущенным. Поднатужились и в один день заменили все окна и вообще привели в порядок.
Ночью ливень прошел, омыл город. Красота! Только непорядок:  на новом асфальте лужи остались. Но бабы раненько вышли с тряпками и ведрами  и все лужи собрали, заодно и дорогу помыли.

И вовремя! В двенадцатом часу из Курска вертолет прилетел с президентом.

Ну,  у какого народа такая интуиция?

ЗЫ.  А Президенту чистота в провинциальном городишке понравилась. Ведь он без предупреждения прилетел. Может у него тоже хорошая интуиция?

 

А.Чубайс напомнил, что в результате энергореформы в отрасль пришли 930 млрд рублей частных инвестиций.


"Одновременно именно реформа и передала в руки государства корпоративные и административные рычаги для осуществления прямого контроля за системообразующими элементами электроэнергетики: гидроэлектростанциями, магистральными сетями, диспетчерским управлением.  После ее завершения у государства появились  возможности для эффективного контроля за безопасностью эксплуатации и стратегического решения проблемы износа установленного оборудования", - резюмировал А.Чубайс.

Столько у меня вопросов. Где ж эти инвестиции? Какие бонусы были в РАО ? Соразмерны с инвестициями бонусы руководства РАО ЕЭС? Почему после трудовой и высокооплачиваемой деятельности спеца высочайшего класса Чубайса пролетает именно народ? За счет каких средств будет восстановлена ГЭС (40 млрд руб.)? Выживем ли мы после его руководства нанотехнологиями?
Заметьте, я не спрашиваю уволят ли когда-нибудь Чубайса.

Прим.      "Чубайс (чубась, чубысь, бесёнок рыжий) - в низшей мифологии великоруссов и латгальцев - маленький зловредный домовый дух. Ч. представляли в образе пузатой рыжей крысы "с лицом вроде человеческого".
Подпись Чубайса выглядит как крест с распятым человеком.
Мифологический словарь под ред. Д. С. Лихачёва, Б. А. Рыбакова и др., стр. 999-1000. М., Наука 1996 г."
 

В команду к себе мэр пригласил меня в декабре 2006 года, принимая во внимание мой хозяйственный опыт, способность неординарно мыслить, быстро и эффективно работать. Многие спрашивают – зачем я пошел на это? Я отвечаю – прельстился ожидаемой должностью, грешен, думал о дальнейшей карьере. Хотелось находиться в городе вместе с семьей, т.к. до этого приходилось постоянно ездить по стране, а мы планировали второго ребенка. Да и чувствовал в целом изменение бизнес-климата в стране, понимал, что теперь государство будет доминировать во всем.
Переходя на муниципальную службу, я четко отдавал отчет в том, что совмещать службу и бизнес невозможно, поэтому четко расставил акценты со своими бывшими партнерами – бизнес в прошлом, от общения не отказываюсь, но, только не создавая конфликта интересов, не нарушая формально закона.

 Я не был чиновником, думаю и не стал, всегда искренне старался выполнять общие командные задачи. Для чиновника, я понимаю – это далеко не главное. Политикой заниматься не хотел, хотя хозяйственная жизнь города постоянно анализировалась с этой точки зрения всеми, меня это сильно удивляло. Приходилось учитывать этот фактор постоянно.

 Примерно с марта 2007 года, после трудоустройства в администрацию я столкнулся с сильной агрессией со стороны некоторых депутатов Горсовета, а также непривычным для меня режимом работы (это когда мэр ставит на совещании задачи, а ответственный пытается мягко саботировать, не неся никогда за это никакой ответственности). Кроме того, существовал и огромный объем текущих безотлагательных задач, нерешение которых приводило к парализации города, либо правовым последствиям.

 Скажу откровенно - если бы не постоянная агрессивная критика со стороны политических оппонентов - город был бы сейчас другой. Легко установить по имеющимся документам, что 100% всех хозяйственных, кадровых и административных инициатив администрации, моих инициатив внутри администрации, подвергались мощному противостоянию. С этого же времени, я почувствовал сильный интерес к себе правоохранительных органов. К сожалению, я не имел моральной возможности на тот момент и впоследствии, «строить» с кем-либо отношения, объясняя свою позицию, рассказывая о планах администрации. Поэтому сформировалось ко мне неоднозначное отношение в правоохранительных органах, которое, думаю, зависело от моего возраста – «молодой, наглый», отсутствию реальной информации о моей деятельности, попытки домыслить на своей «обвинительной» волне мотивы моих действий, неверие в то, что человек что-то делает за зарплату.

 Профессионал никогда не пойдет на службу, если его наниматель не обеспечит ему безопасность, условия работы. Анализируя то, что уровень ответственности, возложенный на меня, не соответствует уровню защиты, который может мне обеспечить работодатель, я стал понимать, что мне это не нужно. Поэтому, уже в конце 2007 года, я пришел к мысли, что отказ мэра проводить активную кадровую политику в администрации не позволит решить масштабные хозяйственные задачи, направленные на развитие имущественного комплекса города, развитие финансовой обеспеченности, которые сам мэр и ставил перед замами и начальниками управлений. Стал подумывать о целесообразности работы в администрации. Но война уже была развязана, и, в общем-то, человеческие отношения, сформировавшиеся в команде, не позволяли мне поставить вопрос ребром. При этом я видел, что некоторые коллеги реально «пашут» и бросить их не мог.
Говорится – что я злоупотребил властными полномочиями – приказав знакомому что-то незаконно продать. Возможно ли это? Если кто-то хочет повлиять на результат торгов – это 100% приведет к их отмене. Разве не известно, что продажа в ходе процедуры банкротства недвижимости возможно только на торгах и с предварительной оценкой, которая, это важно, согласуется с ФАУФИ (федеральным органом исполнительной власти – агентство по управлению федеральным имуществом)? 
Не понимаю, почему, если торги проведены с нарушениями, - до сих пор этот вопрос не снят в арбитражном суде? Я не могу поручать это сделать как зам главы – просто нет необходимых полномочий. А письма, с просьбой определиться с планом внешнего управления, разобраться с продажами, администрация писала управляющему. Но надо понимать, что внешний управляющий – профессионал, эксперт, который сам строит свою работу, сам определяет, что ему делать, согласует это с судом и кредиторами.

 Еще раз обращу внимание – я, якобы превысил несуществующие полномочия, что-то устно приказал своему подчиненному, он, видимо зная, что эти действия законные (т.к. иначе по закону о муниципальной службе обязан неисполнять незаконные приказы), согласовал исполнение моего устного приказа у мэра города, как-то повлиял на руководство МУП «УЭНП». Неясно, как повлиял? Угрожал, что ли? Неясно, как он сам считал – законно ли то, что он сделал? Почему руководитель, которого на работу принимает мэр, а курирует другой заместитель, испугался и подписал договор, не сообщив о явно незаконных действиях нанимателю? Почему руководитель МУП разобравшись, не отменил договор и не взыскал упущенную выгоду с ООО «Торгярмарка»? В общем, много неясного. И ясного.

 Любой хозяйственный спор сейчас легко транслируется в уголовное дело, которое в свою очередь легко использовать в политической борьбе. Причем резко меняются потенциалы оппонентов.

 Я заявляю, что мне ничего не нужно в политическом смысле, я ни на кого не держу зла, мстить никому не намерен. Мой арест нарушил мои планы - я хотел уволиться из администрации, т.к. меня пригласили в другой регион на более интересную работу. Все кто меня знает лично, скажут, что я жестко, иногда даже грубо указывал на незаконность, либо на неэффективность. Думаю, они не поверят, что я мог действовать иначе.
Сейчас моя задача - не дать сделать из себя крайнего, причем в вопросах, которые мне хорошо понятны и, самое интересное, что у меня по ним было абсолютно взвешенное и законное мнение и позиция. Знаю, что моя готовность к сотрудничеству со следствием, их незаинтересованность в одностороннем рассмотрении документов, позволит установить истину. Уверен, время все расставит на свои места. Ясно, что все, что я сказал, я могу подтвердить документально.
Хочу спасибо сказать своим друзьям, жене, всей моей семье за огромную поддержку в этом вопросе. Спасибо за искреннее желание помочь.

Полностью  текст:
http://politika.v-orle.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=25&Itemid=27

Однажды к Сократу пришёл знакомый и сказал:

—Я сейчас расскажу тебе что-то, что я услышал об одном из твоих друзей.

— Подожди минутку, — ответил Сократ. — Прежде, чем ты расскажешь мне что-то, это должно пройти тройной фильтр. Прежде, чем говорить о моём друге, ты должен профильтровать то, что ты собираешься рассказать. Первый фильтр — правда. Скажи, ты абсолютно уверен, что это правда?

— Нет, — ответил знакомый, — я сам услышал об этом от других.

— Значит, ты не уверен, что это правда. Теперь второй фильтр — добро. То, что ты собираешься рассказать о моём друге, содержит что-то хорошее?

— Наоборот. Это что-то очень плохое.

— Итак, ты хочешь сказать мне нечто, что может оказаться неправдой, да ещё и что-то плохое. Третий же фильтр — полезность. Смогу ли я лично извлечь какую-либо пользу из сказанного тобой?

— В общем-то, нет, — ответил знакомый.

— Что ж, если то, что ты хочешь мне рассказать, ни правдивое, ни хорошее, ни полезное, то зачем мне это знать?

Так Сократ и не узнал, что Ксантиппа изменяла ему с лучшим другом.

Собрание прошло в том самом здании, где вы полтора десятка лет бессменно руководили Орловской областью. Знаете, что меня поразило, Егор Семенович? Когда вы уходили, явно не по своей воле, ни один человек не выступил в вашу защиту. Как это могло произойти? Столько чиновников... На какое собрание ни придешь: «Спасибо Егору Семеновичу, дорогой Егор Семенович» и все в том же духе. Складывалось впечатление, что без вас, Егор Семенович, солнце над Орловщиной не взойдет. И ведь все искренне так говорилось. Или только казалось, что искренне? Но вы никого не прерывали, не мешали проистечению чувств. Значит, были уверены, что искренне. Или вас тоже забавлял этот спектакль, где люди так увлекались холуяжем, что теряли человеческое достоинство?

Ладно — чиновники. Вам не рассказывали, как группа ваших недавних почитателей-подчиненных, завидев губернатора в отставке, перешла на другую сторону улицы и предпочла скрыться в переулке, чтобы не быть заподозренной бдительными коллегами в сочувствии к бывшему? Нет? Наверняка сами знаете, что такие примеры многочисленны. Не верили вы в их искренность ни тогда, ни позже, верили только в непреходящее свойство человеческой природы стелиться перед сильными и старательно таких людей подбирали... Они и образовали вашу систему власти. Вас у власти больше нет, а люди остались. Не все, разумеется, но большинство. Думаю, их уже не переделать.

Но шут с ними, повторюсь, с чиновниками. Возможно, они были правы в своей линии поведения: губернаторы приходят и уходят, а клерки остаются, и всем им без исключения нужно кормить семьи. Ради этого, может быть, допустимо и в шутах походить, и мнения своего не иметь, и лица. Хотя, прикидываю сейчас, и семьи многим кормить не нужно было, а холуйство тем не менее проявлялось. Ну да ладно, это не самый интересный объект для наблюдения, Егор Семенович.

Другое дело — журналисты! Меня искренне поражало, как тщательно вы с ними работали, со своим кропотливо подобранным губернаторским пулом. Чиновники не связаны кодексом профессиональной чести. Я, признаюсь, про такой не слышал, возможно, он и есть, просто на территории Орловской области не действовал. Журналист — связан. По крайней мере, каждый, кто шел работать в СМИ, знал, что такой существует. Но не действовал и он. Как мужественно, местами даже самозабвенно защищали все ваши, даже самые нелепые, начинания прикормленные вами журналисты, дорогой Егор Семенович! И как они стухли после того, как вы ушли. Я никогда не поверю, что, ничуть не заблуждаясь насчет нравственных качеств подобранных вами кадров, вы в глубине души не расстраивались из-за того, что не нашлось ни одного из ваших пламенных сторонников, кто бы и после вашего ухода с поста губернатора сохранил веру в вашу незаменимость, Егор Семенович, в ваше безусловно благотворное воздействие на все процессы, происходящие в границах Орловской области и далеко за ними.

А ведь таких людей просто нет, Егор Семенович, их не видно, они исчезли. Я ждал, считая минуты, когда хотя бы на торжественном заседании, посвященном дате, к которой никто из нас, строго говоря, не причастен, то есть на формальном мероприятии, объединяющем всех своей праздничностью, хоть кто-нибудь из тех, кто на себе рубашку рвал в стремлении быть вами замеченным, скажет о вас хоть слово, хоть маленькое словечко, просто вспомнит, что вы были, что вы есть. А ведь вы, Егор Семенович, руководили Орловщиной столько, сколько никто до вас прежде не руководил. И журналисты, глядевшие на вас с профессиональной влюбленностью, обязаны вам своим благополучием как никто другой. От них не требовалось ничего — ни мало-мальских знаний хоть в какой-то сфере человеческой жизнедеятельности, ни таланта, хоть самого скромного, ни просто умения связно излагать свои мысли. От них требовали только преданности «Дедушке», то есть вам, Егор Семенович. И до каких же смешных гнусностей доходили некоторые из ваших будущих любимчиков, чтобы доказать свою преданность!

Оставим и это. Как бы там ни было в прошлом, вы — часть нашей истории, ее значительная часть. Говорим Егор Семенович — подразумеваем... И никому не нужно было объяснять, кого мы под этим именем подразумеваем, всем было понятно без разъяснений. Понятно и сегодня. Вы — личность, Егор Семенович, всегда это говорил. Другое дело — с каким знаком личность. Но то, что личность — обсуждению не подлежит, это совершенно очевидно. Хотя бы из простой человеческой благодарности разве нельзя было вас вспомнить на собрании, где большинство — до сих пор поставленные вами люди?

Никто вас не вспомнил, никто... А. Н. Тихонов, тот и вообще, повернувшись к нам, «так называемой оппозиции», «врагам стабильности» — словом, отщепенцам, которые в параноидальной настойчивости спят и видят, как бы посильнее раскачать лодку согласия, сконструированную вами, Егор Семенович, вдруг предложил «забыть прошлое» и объединиться. Забыть вас? Объединиться с вашими врагами, Егор Семенович? Вам не обидно? Мне было очень, чрезвычайно обидно. Ведь это предлагал тот самый А. Н. Тихонов, который установил рекорд Орловской области по количеству ваших необязательных фотографий в одном номере «Орловской правды». И этот рекорд, думаю, уже никто никогда не побьет. Хотя... Не удивлюсь, если его побьет та же «Орловская правда». Но фотографии, Егор Семенович, уже будут не ваши, а Александра Петровича Козлова.

Это система власти и отношений, которую вы построили, Егор Семенович. И до чего же гнилой и противной, вызывающей физиологическое неприятие эта система оказалась.

Когда новый губернатор говорит, что до него на Орловщине существовала кнопочная система управления: нажал кнопку — чиновник работает, не нажал, не дал указание — баклуши бьет, это правда. Когда тот же человек, ваш преемник, в раздражении, будто призывая журналистов в свидетели, рассказывает, что некоторые его подчиненные, оставленные первым лицом области при должностях, надо думать, исключительно из соображений гуманности, делать «ни хера» не хотят, все ждут политической воли губернатора, это уже диагноз, понимаете, Егор Семенович? Вы выпестовали генерацию чиновников, которые, как марионетки, могут исполнять только политическую волю своего руководителя, поскольку своей воли не имеют, хотя и обязаны в рамках отведенных им полномочий. Это называется «мы строим гражданское общество». Вы чуть гвоздь не забили в крышку гроба этого общества, Егор Семенович. Какие граждане? Где? Страшно представить, что случится, если сделать столь продуманную вами, Егор Семенович, систему управления универсальной и на вершину пирамиды за пульт посадить человека, который возьмется нажимать кнопки далеко не во благо России и ее народа. Чиновники образцово исполнят все его приказания — поступила политическая воля.

Но вернемся к журналистам: творческие люди, ранимые души, то да сё. Я так и не дождался, когда вас хоть кто-нибудь вспомнит. Но и с этим можно было примириться. Каждый из ваших преданных слуг внутренне мучился от выбранной им незавидной роли и всегдашнюю готовность услужить частенько был вынужден прикрывать пафосными, но не очень убедительными словами о боли за безвинно страдающую от нападок недоброжелателей Орловщину — столь преуспевающую и богатую, с большими достижениями и микроскопическими недостатками.

Вы знаете, когда А. П. Козлов, которого с Орловской областью не связывают ни воспоминания детства, ни родственные связи, ни долголетняя работа, с сердцем говорил о том, что наша общая задача, и органов власти в первую очередь, — «отмываться... извините, и перед страной в целом, и перед федеральным центром, и перед людьми», отмываться по результатам вашего правления, Егор Семенович, никто из ваших «рупоров» не попросил слова, хотя оно давалось в предельно демократичной форме всем желающим, и не защитил перед лицом общественности светлый образ Орловщины, который они же под вашим наблюдением, Егор Семенович, и формировали. Святое не защитили... И здесь врали. И тут оказались жидки на расправу. Казалось бы: «Да, были отдельные недостатки, но в целом... Вот, в частности, в номере нашей газеты за такое-то число мы писали...». И дальше о достижениях. Нет, молчок.

К чему мы пришли, Егор Семенович? Орловщину можно брать, если случится, не дай Бог, такое, голыми руками. Ваши питомцы обучены угождать. Защищать они ничего и никого не умеют. Похоже, у них даже цели такой нет. И не было никогда.

Вам не грустно? Хотя бы чуть-чуть? Не противно?

На этом позвольте закончить заметки, навеянные некоторыми наблюдениями с торжественного собрания, посвященного 90-летию образования Союза журналистов Орловской области, каковых союзов на данный момент в Орловской области два: тот, что нагнули под себя вы, Егор Семенович, и другой, созданный людьми, которые по причине твердости позвоночников предпочли такому роду гимнастики обычную работу. Мы не изменились, Егор Семенович, будьте свидетелем.

Жаль все-таки, что вас там не было. Какие роскошные мизан-сцены могли бы родиться, но так и не родились. Вас уже списали, а вы — вот он. Перед кем склониться? Адовы муки вчерашних слуг. Девяносто первый год союза. Печальный итог.

С. ЗАРУДНЕВ.

Когда человек был ещё ребёнком, бабушка всегда говорила ему: «Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо — ты иди в храм, тебе всегда там легче будет».

Вырос человек. И стало ему жить как-то совсем невыносимо. Вспомнил он совет бабушки и пошёл в храм. И тут к нему подходит кто-то: «Не так руки держишь!» Вторая подбегает: «Не там стоишь!» Третья ворчит: «Не так одет!» Сзади одёргивают: «Неправильно крестишься!» А тут подошла одна женщина и говорит ему:

— Вы бы вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили.

Вышел человек из храма, сел на скамейку и горько заплакал. И вдруг слышит он голос:

— Что ты, дитя моё, плачешь?

Поднял человек своё заплаканное лицо и увидел Христа. Говорит:

— Господи! Меня в храм не пускают!

Обнял его Иисус:

— Не плачь, они и меня давно туда не пускают.

Сегодня в новостях наш президент упрекнул водителей в хамстве на дорогах. А кто им пример показывает? Не с них ли стоит начинать?
 

Один буддийский мастер прочёл ученикам прекрасный текст, который растрогал всех. Ученики сразу же спросили:

Хорошо известного японского поэта спросили, как написать китайское стихотворение.

— Обычно, китайское стихотворение состоит из четырех строк, — объяснил он. — Первая строка содержит начальную фазу, вторая — продолжение этой фазы, третья отворачивается от неё и начинает новую фазу, четвертая объединяет все три.

Это иллюстрирует популярная японская песенка:

Две дочери торговца шёлком жили в Киото.
Старшей было 20, младшей 18.
Солдат может сразить мечом,
А эти девушки — своими глазами.

- Есть нечто такое, что не под силу даже Самому Богу! - сказал Мастер ученику, боявшемуся кого-нибудь обидеть.
- Что это?
- Он не может всем нравиться!

Слово нашего времени. Напечатанное или публично произнесенное.

Какая степень доверия к тебе сохранилась?
Да никакой.

 Читая и слушая, первым делом начинаешь думать, а где тут подвох?

Вот простая история в одной из орловских газет пару недель назад: поймали двух браконьеров, которые незаконно сетями выловили 36 рыб (вес 26 кг). Тем самым они причинили ущерб на 31 тыс. руб., в связи с чем им грозит судебное разбирательство и лишение права занимать определенные должности до трех лет!!!!

Почему такой большой ущерб? Стоимость речной рыбы без торговых наценок и транспортных расходов потянет  на полторы тысячи, ну на две – не больше. А остальное откуда? Динамитом не пользовались, потраву не сыпали. Я-то легко додумаю, что записано в этот ущерб!  И что за намек про определенные должности? Рабочие, колхозники, инженеры и предприниматели могут потерять работу только в случае конкретного срока. Так кто ловил рыбку!!!! Я опять додумаю!

Ну, это мелочь. А вот, что я должен принять на веру, перечитав фредленту?

 Умные, юридически подкованные ребята, решили доказать тупым милиционерам, насколько те неправы, задержав их товарища. Тупые милиционеры, явно обидевшись, не стали доказывать свою юридическую правоту, а применили жесткую силу.

 «Мы понимаем, что живём в условиях, где жертвой милицейского произвола может стать любой. Наш исторический опыт показывает, как легко государству «убирать» людей, когда они молчат и разобщены. Но вместе, объединившись, мы можем отстоять справедливость!

Мы объявляем субботу 18 июля Единым Днём Действий в поддержку Севы Остапова!

Мы просим вас провести акции в поддержку Севы в ваших городах!»

Почему меня просят, неверующего, поддержать акцию, хотя я о Севе только сейчас увидел во френд-ленте. Я может и не против, но как-то неубедительно. Я еще злодеев-ментов не выслушал. Но знаю, что иной раз словом можно достать и унизить похлеще, тумака.

Вот у нас Мэра посадили. Половина города утверждает, что он чист и непорочен,  как капля росы,  как улыбка младенца и страдает по политическим мотивам.  Но я не слышал чувашских строителей, которым в бытность его директорства месяцами не платили зарплату, может у них другое мнение.

 А вот прочитав  пост другого френда на эту же тему про ментов и Севу , я немного насторожился, и если б не было свободного времени, принял бы его на веру и не увидел бы острой сатиры и иронии:

 "Требуем закрыть ОВД Сокольники", - требовали митингующие. Закрыть его от нападок нечистоплотных журналистов, от нападок правозащитников, которые, под видом борьбы за справедливость, покрывают наркоманов и экстремистов.

Зная горячность и отсутствие тормозов у следующего уважаемого мною  автора строк, читаю:

 "Единая Россия" уже объявляла, что намерена представлять законопроекты на одобрение Московской патриархии.

 Я, например, сразу решил, что некоторые Едросы внесли предложение консультироваться у патриархии насколько принимаемые законы не противоречат православным заповедям. Ну, не дебилы же они! Повторюсь, это мои рассуждения.

А вот еще фишка:  

Одна Яна сказала,  что она уверена, что Майкл Джексон жив и что его смерть – это гигантская афера с целью заработать много денег и уйти.

Ее откоментировали так, что я остался доволен.

Восьмое "чудо" Орловщины

 

Однажды один арабский мудрец сказал:


للأعيان وعدد أعبحت الشعببانية يتم ماعية و تعيينهمللأعياننواب حسب الدستور المعدل عام أصبحت إسبانيا دولة قانون إجتماعية و ديمقراطية تحت نظام ملكي برلماني. الملك منصبه فخري و رن و واحدئيس الوزراء هو الحاكم الفعلي للبلاد. البرلمان الإسباني مقسم الى مجلسين واحد للأعيا وعدد أعضاء يبل عين و واحد للنواب و عدد نتائج الانتخابات نائب. نتائج الانتخابات الأخير مباشرة من أصبحت الشعبسنوات، بينما سنوات، بينما يعين عنتخاباتضو من مجلس الأعيان و ينتخب الباقون من الشعب أيضاً. رئيس الوزراء و الوزراء يتم تعيينهم من قبل البرلمان اعتماداً على نتائج الانتخابات النيابية. أهم الأحزاب الإس أصمقسم الى مجلسين واحد للأعيان وعدد الشعببانية يتم ماعية و تعيينهمللأعيان

Красиво, не правда ли?
Я тоже чуть не плакал от умиления. Особенно вот в этом месте:

الإس أصمقسم الى

Месяцы:  Пьянварь, Фигвраль, Кошмарт, Сопрель, Сымай, Теплюнь,  Жарюль, Авгрусть,Свистябрь (Слюнтябрь), Моктябрь, Гноябрь, Дубабрь

Дни недели: поневольник, вздорник, череда, чертверх, потница (тяпница – тяпнем и на выходные), своббота, раскисенье ( два последних – буходные, остальные – трудни)

Я все же помяну одного человека. Не будучи поклонником, какой-то прошлой связи ради. В чем штука? Пожилой мужик - ему был полтинник. Отец троих детей. Тяжело больной человек. Свое тело принес в жертву на алтарь искусства. Был исполосован ради сценической фактуры.

Это видный артист и творец. Поэт. Композитор. Исполнитель. Изобретательный танцовщик. Руководитель ВИА. Позиционировал эксклюзивные, оригинальные материалы. Успешный был бизнесмен. Хоть и потомок рабов, угнетенных. Сам трудился с малолетства. Снискал популярность. Регулярно организовывал праздничные мероприятия для населения. Разумеется, не бесплатно. Алчность! Капитализм!

И вот он стал богачом. И принялся делать массу глупейших, безумных трат. Например, сразу обеспечил лечение почти 7 000 детей и проведение уроков против наркотиков для 72 000 детей. Направил 60 000 вакцин больным грузинским детям, и рождественские подарки маленьким боснийцам – которых он даже в глаза не видел! На этом сумасшедший педофил не остановился, и продолжал распространять лечебные вакцины, обучающие программы, пригласительные билеты для сирот и детей-ивалидов. Зачем-то вкладывал деньги в иммунизацию детей, борьбу со СПИДом, образование где-то в Африке.

Героем не был, за пулеметом не сиживал. Никого не убивал, скорее пытался вернуть здоровье. Но от этого слыл еще большим негодяем. Прикармливал солдат-героев и их семьи. Помогал больным диабетом и жертвам урагана, учащимся и одаренным детям. Просто надоедает читать, сколько он всего наворотил, проматывая свое состояние! Ну и промотался, конечно, влез в долги.

Он получал столько наград, целый музей, все это самоварное золото и платиновые диски. Непонятно за какие заслуги. Нескромность его была так велика, что он попал в книгу Гиннеса, как самый щедрый благотворитель среди поп-звезд. Одаривал детей и возрослых, разумеется, в корыстных целях – чтобы купить благорасположение.


Не тут-то было! Проницательная общественность с самого начала чуяла в нем дурного человека. Где-то в своем подвале он, определенно, что-то делает не так!

Эти жалкие потуги казаться "хорошим парнем" получили достойный афронт. Его подвергли сокрушительной критике. Осмеяли. Оболгали. Очернили. Смешали с грязью. Залечили, обезобразив проказой. Обвинили в худших грехах. Изгнали. Разорили. А когда он стал совершенным инвалидом, попытались вытащить на сцену - всем на посмешище.

Впрочем, он не дожил. Испугавшись сраму, объелся сонных конфет. Умер, разумеется.

После своей смерти человек, которого пытались назвать Джозеф, которого пытались окликнуть именем архангела, и сыном библейского патриарха, упал. Его потухающий ум еще на секунду вгляделся в дядюшку Римуса с коржиками в руках.


В новый день он вступил мертвецом, чтобы об этом прочли люди мира. В семь часов пополудни коронер разрезал его на куски. А когда куранты плевали двенадцать, говурдак отвезли на Тибет и скормили медвежьим грифонам.

- Ингл-го-дженг, ура, ypa! Ингл-го-дженг, ура! Вот я и дома. Ура, ypa! - Пропела старая Сестрица Лягушка свое хриплое бардо. – Керблинк.